Алина Шустрова - Карты, деньги… или дочь шулера… [СИ]

— Ну ничего, до свадьбы заживёт. — Кроме ноги до свадьбы должен был зажить синяк под глазом, ссадина на скуле, ушиб руки, плеча, колена и два шва на нём же. Врач сказал: «глубокое рассечение. Кости к счастью целы.» Прибежал, потирающий руки, папашка, глаза поблёскивали.

— Я рассказал нашу трагическую историю медсестре Вере, а она как раз сдаёт комнату, договорились на 5 тысяч в месяц. У неё смена закончится, и мы к ней поедем, там и отлежишься!

— Да уж, — хмыкнул Игорь. — Где сейчас папуля?

— А бес его знает!

— Только я так и не понял, на Вадима-то ты чего взъелась? — Я даже поперхнулась куриной грудкой.

— Я не поняла, ты что спал, пока я душу тут наизнанку выворачивала?

— Нет, с Артёмом всё понятно! Расстрелять, однозначно! Но Вадим-то герой! Он спас твою тощую малолетнюю задницу! Пойду ему коньяка поставлю от заведения!

— Спас, я же не спорю! Но как — то… — я замялась, а Игорь рассмеялся,

— Понятно, плоскодонкой зацепило! Тебе сколько тогда было?

— Не помню, где — то лет 16.

— Ну вот, плоскодонка и была, ты и сейчас тощая как спирохета, а тогда я вообще молчу.

— Ты чего это, эликсира храбрости перебрал? Зачем обзываешься? — Я сердито засопела.

— Полина, уймись и послушай старого вояку. Вадим поступил очень грамотно, с психологической точки зрения.

Я откинулась на стуле скрестив руки на груди, одаривая Игоря презрительным взглядом.

— Когда спасаешь молоденьких девиц, ты в их глазах моментально становишься рыцарем в блестящих доспехах, и благодарная дева решает моментально тебя осчастливить своей любовью! Совершенно не считаясь с тем, что опасность ещё не закончилась, и герою и спасённой девице ещё неплохо бы унести ноги, подальше от места подвига. Но девица, хочет подарить тебе счастье, вешается герою на шею и катастрофически мешает выполнению поставленной боевой задачи. Поэтому самое верное решение — нейтрализовать спасённую девицу. А как? Правильно, сказать ей какую-нибудь гадость, чтобы по быстренькому, перейти из разряда героев, в разряд уродов. А слюни и сопли можно по разводить потом, при условии, что спасённый объект интересен герою!

— Ты хочешь сказать, что он это специально сказал?

— Зуб даю! — Игорь щёлкнул указательным пальцем по клыку. — От твоего спасения ему не горячо, не холодно, просто благородный человек не мог поступить иначе. Причём, попрошу заметить, со здоровой психикой, не интересующийся малолетками. А поскольку ты больше не малолетка, то можешь пойти и сейчас кинуться ему на шею. Мне кажется сегодня ему должно понравиться, ты сменила уровень плоскодонки на яхту люкс класса.

Я пульнула в Игоря салфеткой.

— И даже не подумаю, перебьётся.

— Ничего не знаю или ты идёшь благодарить сама, или я! А если я пойду, то потом чур не обижаться?

— Ты хочешь сам ему на шею броситься? — Невинно осведомилась я.

— Нет конечно, — Игорь мило улыбался. — Тебя повешу! Расскажу историю о спасённой деве, мечтающей осчастливить героя, и сообщу ему адрес и телефон.

— Только попробуй. — Улыбнулась я!

— Тогда, давай сама, у тебя 30 минут на раздумья.

— Так день хорошо начинался, нет, надо всё испортить!

Я пошла к бару, взяла листок бумаги ручку, написала записку, взяла бутылку Хеннесси, позвала охранника.

— Паша, сходи пожалуйста в кассу и запиши на моё имя фишек на 50 000 рублей.

Охранник ушёл, Игорь поднялся из-за стола подошёл ко мне, взял записку.

— Можно посмотреть?

— Конечно нет!

— Ты очень добра, к своему старому толстому другу.

Игорь шутливо шаркнул ножкой. Развернул записку.

— Вообще-то это личное, — возмутилась я!

— Вот потому, у тебя с личным и полный завал, что со мной не советуешься!

В ресторане появился Вадим, посмотрел на нас с Игорем и прошёл за свободный столик.

— Ну вот, на ловца и зверь бежит, — расплылся Середа.

— Так, так что тут у нас: «Возможно, плоскодонкой я быть и перестала, но всё помню и плохое, и хорошее! Спасибо тебе. Полина.» Это что всё? — Не понял Середа, тыкая пальцем в бутылку.

В дверях нарисовался Павел с укладкой фишек.

— Вот, Полина Александровна, принёс.

— Что это? — поинтересовался Игорь.

— Пятьдесят тысяч! — Ответила я.

— Ты что, — ужаснулся Середа, — хочешь герою денег дать?

— Знаешь, что! Как спас, так и отблагодарю! Всё! Привет героям! — Я рассвирепела.

В дверях появился Скворцов.

— Привет, — шеф поцеловал меня в щёку, Игорю руку пожал.

— Пойдём, прогуляемся, — сказал мне Николай Семёнович, — там VIP гости прибыли.

Я кивнула, слезла с барного стула, поправила платье, кивнула на фишки, коньяк и записку.

— Игорёк, распорядись пожалуйста.

— Трусиха, — заявил Игорь.

— Сам дурак — и показала язык.

Скворцов смотрел на нас с ужасом. И напустился на Середу:

— Игорь, ты что не видишь, она же детский сад, в чистом виде, чего ты её цепляешь! — Взял меня под руку и повёл из зала. Я развернулась к Середе и прошептала одними губами: «всё! Развод и не писай в мой горшок!».

Игорь всплеснул руками.

— Нет, нормально, она ещё и обиделась! — и пожаловался бармену, — женщин бить нельзя, но иногда, так хочется! Подхватил бутылку, фишки, записку и пошёл к Вадиму. Поставил на стол бутылку и укладку с фишками, протянул руку:

— Игорь Середа, начальник охраны казино. — Вадим встал

— Шувалов Вадим, рад знакомству, чем обязан?

— Разрешите присесть?

— Ну, в связи с недавно вскрывшимися обстоятельствами, это я у вас должен спрашивать. — Середа улыбнулся.

— Тогда давайте присядем.

— Меня просили вам передать, — Игорь показал глазами на бутылку с фишками и протянул записку.

— Это от девушки у бара? — Спросил Вадим, разворачивая записку.

— Да от Полины. — Подтвердил Середа. — Она, наверное, прыгая из поезда отбила себе чуть — чуть мозги и полностью храбрость, — улыбался Игорь.

— Обалдеть, — Вадим отложил записку, — как выросла! Я её и не узнал.

— Она тоже так подумала.

— На мать очень похожа, — сказал Вадим.

— Не понял? — переспросил Середа.

— Я говорю, красивая очень, на мать, наверное, похожа, с отцом ни чего общего. А чего сама не подошла?

— Дуется!

— За что?

— За плоскодонку.

— Да ладно?

— Что с них взять? Женщины! Ты к нам надолго? Откуда? И зачем?

— Из Москвы, по делам, ненадолго.

— Я понял, если что надо, звони — и положил на стол визитку. — Рад буду помочь.

— Вопрос, можно?

— Валяй.

— Что это за мужик, с которым она ушла?

— Скворцов Николай Семёнович — владелец казино и любовник Полины Воронцовой. Он её очень любит, оберегает и грозится отдать приличному парню, но! Только замуж! Так что если желаете получить благодарность в полной форме, придётся жениться!

— А ты что, не приличный парень? — улыбнулся Вадим.

— Да ты что! — Ужаснулся Середа, — у нас с гражданкой Воронцовой физическая не совместимость, ты посмотри на меня и неё, мы как гора с соломинкой! Я её лишний раз боюсь за руку взять, как бы не сломать чего! И зачем мне такая жена? Во сне рукой махнешь, и зашибёшь ненароком! Поставить на полку и пыль стряхивать?

— Ясно, а как ей фишки вернуть?

— Ну вот, говорил же задрыге, нельзя героям деньги давать, они этого очень не любят, особенно когда свои есть! Я правильно понял? — Поинтересовался Середа.

— Абсолютно, — веселился Вадим.

— Будешь уходить, в кассе скажешь, чтобы Воронцовой Полине передали. Ей и вручат. А если хочешь лично, — Игорь ехидно улыбнулся, — попроси меня адрес дать!

— Дай, пожалуйста, адрес, — попросил Вадим.

— Да легко, — Середа вынул ручку из внутреннего кармана и написал адрес на обратной стороне своей визитки. — Ну я пошёл, а ты отдыхай! Если что, подзывай любого охранника и меня зови.

— Спасибо тебе.

— Мне пока не за что, а вот тебе спасибо! — И Середа удалился.

Я со Скворцовым шла по коридору в VIP зал.

— Спасибо вам, Николай Семёнович, вы в последнее время, мне просто как отец стали.

— Это плохо? — Улыбнулся Скворцов.

— Нет, конечно! Это замечательно, жену попросите, пусть вам девочку родит. — Николай Семёнович рассмеялся.

— Спасибо за совет! Я попробую.

И мы пошли улыбаться и обхаживать местную администрацию, с молоденькими девочками в коротких юбочках. Мужики пошли, огромные животы, заплывшие глаза, сальные губы — сильные мира сего. Иногда мне хочется завыть и вцепиться кому-нибудь в физиономию, но от безумного припадка крепко удерживает голодное детство.

Из мира сладких сновидений меня вырвал звонок в дверь.

— Кого там нелёгкая принесла? — Чертыхалась я, шлёпая к двери. За дверью стоял Середа.

— Ты что спишь ещё, уже 3 часа?